Маркетолог по Сибири

slovo_i_delo_aprel13_1Когда-то Юлия Залетаева продвигала на рынок компьютеры. Сейчас она в банке «Рост», заместитель директора по маркетингу в макрорегионе Сибири и Дальнего Востока. Продает кредиты и депозиты. По ее словам, смогла бы работать в политике и продвигать кандидата в президенты. Суть не меняется. Целевая аудитория, месседж, канал доставки. И не так уж важно, брендируем мы пылесос или депутата. А о том, как брендировать самого себя, Юлия дописывает свою книгу.

— Первый вопрос традиционный. Вот судьба сложилась, вы сейчас топ-менеджер в банке. А заканчивая школу, могли такое предположить? Кем себя видели?

— Честно говоря, ни о чем таком не думала и вообще собиралась стать адвокатом. Мне казалось, в мире не хватает справедливости и это как-то зависит от меня.

— А почему тогда не прокурором?

— Наверное, такое у меня было понимание справедливости. Виновного и так посадят без меня, а вот чтобы не посадили невиновного, надо было стать адвокатом. Планировала поступать в КГУ на юридический.

— Но почему-то поступили на экономиста в Аэрокосмическую академию.

— Все очень просто — вуз был ближе к дому. Сильно ближе. Я жила в Сосновоборске, и в КГУ мне пришлось бы ехать через весь Красноярск.

— И каждый день, лакая экономических знаний, ездили из Сосновоборска и обратно?

— Нет, получила место в общаге, хотя мне сначала говорили, что сосновоборцам оно не положено. А на выходные ездила домой.

— А потом уехали на учебу в Голландию.

— Да, только не спрашивайте меня, какая там трава! А то все спрашивают. Я туда не курить ехала, а учиться. Здесь я шла на красный диплом, но на четвертом курсе прервалась и потом уже окончила.

— Чем отличается образование здесь и там?

— Экономическое образование у нас страшно теоретическое. Преподают, может быть, прекрасные люди, но от практики далекие. А в Голландии была именно практическая бизнес-школа. Мы разбирали кейсы, реальные ситуации. Разница огромная. И поскольку я ушла именно в маркетинг, зарубежное образование оказалось, конечно, полезнее. Если бы я что-то реформировала в российском образовании, я бы прежде всего развернула его к практике. Пригласила людей, работающих в бизнесе или его консультирующих, пусть бы сами формировали свои спецкурсы, как считают нужным. Теоретические основы нужны, но их надо чем-то разбавлять.

— Сами бы взялись? И как назывался бы курс?

— Я думаю, «маркетинг себя». За любым бизнесом прежде всего стоят люди. Речь не о самопиаре, а о том, что делать с самим собой. Понять свои сильные и слабые стороны, избежать каких-то типовых ошибок.

— И что делать с самим собой? Есть универсальный совет, подходящий любому?

— Нужно очень честно сказать себе, что ты хочешь. И очень конкретно сформулировать. Например, хочу быть директором компании в такой-то отрасли таких-то размеров. Абстрактные цели, может быть, ставить легче и приятнее, но тогда окажешься не директором, а его секретарем. Можно, конечно, себя утешать, что это тоже неплохо, в принципе, сидишь на соседнем месте, почему бы и нет? Но лучше — думать конкретно.

— Что вообще смогли бы сказать о человеке за час знакомства? И посоветовать?

— Темперамент виден и за десять секунд. А если говорить предметно, то за час смогла бы понять, в какую сферу стоит человеку идти, насколько он сможет быть там успешен и сколько у него это займет времени.

— Ага, мы вот, правда,сейчас беседуем меньше часа, но все равно — куда нам с нашим фотографом податься? Предполагая, что я не журналист и он не фотограф?

— Вас, Саша, куда-нибудь в писатели. А Дмитрия я вижу, например, в магазине брендовой одежды, где одинаково важно работать со стилем, цветом и с людьми.

ПРОДВИЖЕНИЕ ЛЮДЕЙ И ВЕЩЕЙ

— Какое свойство кажется вам вреднее — комплекс неполноценности или, наоборот, комплекс гипер-полноценности, назовем его так? Вот если человек тянет на 7 баллов, ему лучше думать, что он на 10 или на 4? Кого бы приняли на работу?

— Все плохо, но лучше работать с комплексом неполноценности. Он проще снимается, у самоуверенных всегда наступает момент ломки. После него может случиться развитие, а может и ничего.

— Профессиональные качества, общая вменяемость, энтузиазм — что важнее для человека? Кого возьмете на работу? И влияют ли такие вещи, как возраст, пол, образование?

— В первую очередь буду смотреть на общую вменяемость, конкретике можно научить, но не воспитать человека с самого начала. Касательно пола — мальчики в целом все еще амбициознее девочек, и это хорошо. У нас еще не матриархат, хотя какие-то его черты наступают. Все больше, например, ситуаций, когда муж — домохозяйка и сиделка с детьми, а женщина — карьерист и добытчик. И это никого не тревожит. Может быть, спрашиваю, вам все-таки сиделку нанять? А что такого-то, отвечают. Но пока еще мужчины в целом амбициознее, и им сложнее остаться в исполнителях. Если брать человека с расчетом на его рост, лучше мужчину. Что касается образования, оно ставит мозги определенным образом. Есть же разница, физик человек или гуманитарий.

— Давайте вернемся к тому, как вы дошли до жизни такой. Не из вуза же берут в банковские топ-менеджеры.

— Я возвращаюсь из Голландии и оказываюсь в IT-бизнесе, компании «Старком». В области маркетинга там поле непаханое, уходишь в это с головой. Потом была компания «Позитроника». Так вышло, что в 2011 году меня взяли в московский офис фирмы, и я стала жить на два города. Каждый уик энд летала домой. Узнала, какие человеческие возможности и где у них предел.

— А с самого начала знали, что будет тяжело?

— Знала, на что иду, но не думала, что будет так тяжело. Сначала я думала, что это будет вахтовый метод: две недели в Москве, потом две в Красноярске, но так не вышло. Когда мужчины работают в другом городе и возвращаются к семье на уик энд, им проще. Они все-таки возвращаются отдыхать, а я приезжала и разгребала накопившиеся здесь проблемы. Хватило меня на девять месяцев такой жизни, поняла — надо определяться.

— Идеи переехать в Москву не было?

— Это не мой город. Вот я прямо чувствую, что Красноярск — моя территория, мне здесь все оптимально — от размера города до его энергетики, настроения. А Москва, на мой вкус, мало создана для жизни, она создана для работы.

— А другие города вам как?

— Я много где была: Екатеринбург, Казань, Калининград, Грозный, ближайшие сибирские города. Больше всего мне нравится Красноярск. Вот Иркутск — в этом городе есть душа, но нет современности. В Новосибирске, наоборот, все очень современно, но нет души. И сейчас я менять свой город ни на что не готова. Хотя еще в Москве, когда работала в «Позитронике», мне поступило предложение от банка «Рост» — пост вице-президента по маркетингу. В центральном офисе, то есть главным по маркетингу на всю страну.

— В итоге поторговались и стали главной по Сибири?

— В плане маркетинга это фактически второй пост в банке. Во-первых, сам регион большой — филиалы банка, кроме Красноярска, есть в Новосибирске, Томске, Чите, Улан-Удэ, Якутске, Магадане, Владивостоке, Хабаровске. Во-вторых, можно влиять и на всю федеральную политику банка. Какие-то идеи рождаются здесь, а потом через Москву выводятся на федеральный уровень.

— Как управляете филиалами, где никогда не были? По телефону и электронным сетям — нормально?

— Во-первых, я намерена посетить все филиалы рано или поздно. Тот же Магадан — город моей мечты, давно хочу там побывать. А вообще совершенно нормально работать на расстоянии. Суть та же. Выделяешь целевую группу, понимаешь, что ей надо сказать. Потом определяешь контент. Потом канал, по которому контент будет к ней доставлен. Это стандартные процедуры — что в Москве, что в Красноярске, что в Хабаровске. И логика совершенно та же — что в сфере IT, что в банке. Просто продукт другой, а продвижение то же. Ничего сильно неожиданного, придя в банк, я не обнаружила, мир не перевернулся, его законы остались те же.

— А где еще могли бы работать? Ну не знаю, в администрации президента — могли бы? Правда, там маркетинг называется пропагандой…
— Знаете, как-то не предлагали, но — почему бы нет? Товар, конечно, другой, но маркетинг он везде маркетинг. Думаю, справилась бы.

ВРЕМЯ И ДЕНЬГИ

— Кто целевая группа «Роста» и кто конкуренты?

— Прежде всего корпоративный сегмент и средне-малый бизнес. Работаем и с физлицами. Но кредиты в размере тысячи рублей не выдаем — физлица обычно у нас занимают от 50 тысяч. Банк «Рост» сложно назвать гигантом, хотя мы входим в топ-150 российских банков по величине. Но конкурируем мы не с местными и небольшими банками, а именно с гигантами. Предприниматели привыкли идти в известные и проверенные структуры. Наша задача — убедить их, что, работая с нами, они не имеют никаких дополнительных рисков, но получают гибкость в обслуживании, индивидуальный подход. Сервис — главное, чем мы можем взять. В случае нашего банка голова не так далеко находится от туловища, и нам проще согласовать с центром особые условия для клиентов.

— Юля, объясните парадокс — самый выгодный депозит в вашем банке дает больше 11%, самая дешевая ипотека стоит менее 10%. В представлении обывателя банк живет на разницу между ставкой по кредиту и депозиту, разницей, разумеется, в свою пользу. Здесь разница отрицательная!

— Давайте я не буду раскрывать всю кухню, «парадокс» там действительно есть. Связано это с государственным со-финансированием ряда программ. Но даже без этого наш банк не мог бы заложить драконовский процент по кредиту, даже если бы сильно хотел. Мы находимся на сильно конкурентном рынке, этим все сказано.

— Какая услуга у населения сейчас популярнее — кредит или депозит?

— Кредит. Культура сбережения по-прежнему не очень развита, и многие хранят деньги под подушкой, большинство не имеет сбережений как таковых.

— Если бы у вас было пять минут на финансовый ликбез для населения, что бы вы хотели сказать?

— Многие не думают о соизмерении расходов и доходов. Например, берут кредит на дорогую машину, не учитывая того, что ее обслуживание не по карману. Еще наши граждане, кажется, не знают, что оплатить квитанции, пошлины, штрафы можно в любом банке. Ну а касательно депозитов — сейчас в истории России уникальный момент. У нас годами средняя ставка по депозитам была меньше инфляции, а сейчас больше! В 90-е годы деньги имело смысл тратить хотя бы потому, что их невозможно было сохранить. Сейчас ставка по депозитам наконец-то дает не только номинальный, но и реальный прирост капитала. Моментом надо пользоваться. К тому же еще одно обстоятельство — упала доходность в большинстве бизнесов. Деньги стало выгоднее хранить в банке, чем «вкладывать в дело». К тому же надо очень хорошо представлять себе, что это за «дело», и не с любой суммы можно начать — ну какой стартовый капитал из миллиона рублей, что с него можно начать? К тому же в бизнесе вы будете работать за эти деньги, а депозит будет работать на вас, и доходность по нему понятна заранее. Все вклады, напомню, застрахованы, а доход бизнеса не гарантирует никто.

— А какие есть риски при обращении в банк, о которых рядовой клиент не знает?

— Сейчас почти никаких. Раньше любой банк мог в своей рекламе указывать заниженный процент по кредиту, мелким шрифтом в примечаниях обозначая настоящий процент. Теперь это невозможно.

— Что гарантирует возврат по кредитам? Лютая служба безопасности?

— У нас очень хорошая безопасность, но она работает до выдачи кредита, а не после. Мы поднимаем по заемщику все данные, начиная от его реальных доходов до кредитной истории и любой малейшей задолженности. Пусть у человека доход 500 тысяч, если на нем висит долг по «коммуналке», и неважно почему, пусть он просто забыл — дел с ним не иметь. Потом он и про нас забудет. Что касается юрлиц, они предоставляют залог.

— А если залога нет и бизнес-план рискованный, но в случае удачи там 100% годовой прибыли? И бизнесмен готов на повышенный процент кредита сугубо под этот план?

— Его предложение будет рассмотрено. Не гарантирую, что принято, но и не отвергнуто сразу. У нас есть, например, такое уникальное предложение, как кредит под 12% на 7 лет под некую инновацию.

— А такая форма, как поручительство — меня всегда удивляло, кто готов отвечать своим имуществом по чужим рискам?

— Либо члены семьи, либо деловые партнеры, которые тоже в доле, но неофициально. Либо очень странные люди.

— Давайте, Юля, напоследок отвлечемся от банка. В одной анкете у вас сказано «придумала теорию времени жизни, а потом прочитала о подобной у физика Козырева». Можно подробнее?

— У Козырева это в сто раз сложнее и умнее, а у меня очень простое представление, если одной фразой: время субъективно. Вы не замечали, что с возрастом время бежит быстрее? И когда нам три года, день — это не то же самое, что день в 30 лет? Если это описать формулой, то субъективная скорость времени зависит от той дроби, что выражает прожитую часть жизни. Когда мы прожили одну пятую жизни, время тянется в разы медленнее, чем когда мы прожили четыре пятых. Если это действительно так (а многие люди чувствуют что-то похожее!), то в этом есть своя справедливость — у нас как бы удлиняется юность за счет сокращения старости.

— И совсем последнее. Мы познакомились, когда вы были спонсором видеофестиваля «Твори-гора». И еще проходите как меценат в ряде проектов, в основном про детей проекты. Только честно — это деньги фирм, где работаете, или личные?

— Личные. Вряд ли я вправе тратить деньги компании, если решаю помочь кому-то. А бренд фирмы упоминаю, проходя в спонсорах — ну почему бы не упомянуть? Мне не жалко.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *